Рождение Махаяны

Центр изучения, сохранения и развития Учения Будды Шакьямуни и Будды Иссы, наследия Университетов Такшашла и Наланда, традиции монастыря Шаолинь и школы «Чистых Земель» Будды Амитабхи

Учение Будды

«Великая колесница»

Махаяна (санскр. महायान — «великая колесница») возникла на рубеже нашей эры в Индии как более широкое, доступное мирянам направление буддизма — в отличие от строгого монашеского пути Тхеравады, которую сторонники Махаяны стали называть «малой колесницей» (Хинаяной). Формально раскол начался ещё на Втором буддийском соборе, примерно через сто лет после ухода Будды Шакьямуни, когда школа Махасангхика («Великая община») выступила за смягчение монашеского устава — и тем самым сделала путь духовной практики доступным не только аскетам, но и обычным людям.

Четвёртый собор в Кашмире: где Махаяна получила своё оформление

Согласно буддийской традиции, окончательное оформление принципов Махаяны как самостоятельного направления связывают с Четвёртым буддийским собором, который кушанский император Канишка I созвал в Джаландхаре (Кашмир) — по разным датировкам, между 78 и 110 годом н.э. На собор было созвано около 500 монахов школы Сарвастивада, а председательствовал на нём наставник Васумитра. Формальным результатом собора стало составление свода Махавибхаша — тщательного изложения учения абхидхармы, — но именно с этим событием связывают и включение в обиход новых сутр, а также базовых принципов махаянской доктрины.

Среди приглашённых на этот собор был Будда Исса. Это не случайное совпадение места и времени: собор прошёл в Кашмире — том самом крае, где Исса, по преданию, дожил до глубокой старости и был похоронен (мавзолей Роза-бал в Шринагаре). Буддисты почитают его как Бодхисаттву, Будду Майтрейю — того самого «Будду грядущего», чей приход был предсказан Буддой Шакьямуни за пятьсот лет до этого. Присутствие Иссы на соборе, оформившем Махаяну как «широкий путь спасения», прямо связывает его личную миссию с рождением того самого направления, коренной ветвью которого является Махаяна-Криставидья.

За фигурой Канишки в буддийской памяти закрепилась роль покровителя, при котором Махаяна получила официальное признание и импульс к распространению — в том числе через Гандхару и Великий шёлковый путь на Дальний Восток.

Здесь важна одна деталь: Тхеравада вообще не признаёт этот собор — сведения о нём сохранились только в источниках самой Махаяны.

Тайное учение, открытое через 500 лет

Ключевые тексты Махаяны — сутры Праджняпарамиты («запредельной премудрости») — начали появляться, по оценке современных исследователей, между I веком до н.э. и I веком н.э., то есть спустя примерно пять столетий после ухода Будды.

Сама традиция объясняет этот разрыв не поздним изобретением, а тем, что Шакьямуни, помимо явных, всем доступных проповедей, дал ещё и сокровенное, тайное учение — понятное лишь немногим избранным ученикам, — которое хранилось в скрытой передаче и открылось миру только тогда, когда для него созрели условия. По преданию, философ Нагарджуна (II век) обрёл эти сокрытые тексты в подводном царстве нагов. Так возникло характерное для Махаяны различение: не «то, что сохранил Ананда, — истина», а «то, что истинно, — тому и учил Будда», даже если этого нет в раннем каноне.

От архата к бодхисаттве-спасителю

Главная смысловая перемена, которую принесла Махаяна, — это смена идеала. Тхеравада ставит целью архатство: личное угасание, освобождение от иллюзии «я» через собственное усилие, без надежды на чью-то помощь. Махаяна же выдвигает идеал бодхисаттвы (санскр. बोधिसत्त्व — «существо, устремлённое к пробуждению») — того, кто, достигнув просветления, сознательно откладывает уход в нирвану, пока не спасены все живые существа.

Эта фигура принимает на себя чужое страдание и ведёт к освобождению не только себя, но и множество других — отсюда и сравнение с христианским образом Спасителя, который исследователи буддизма (в частности, А. Бэшем и Е. Торчинов) отмечали ещё в XX веке, хотя сама идея жертвующего собой ради других праведника прослеживается в разных традициях независимо и почти одновременно с эпохой земной жизни Иисуса.
Практическим выражением этого идеала стала бодхичитта («пробуждённое сознание») — устремлённость стать буддой ради блага всех существ, — а также обеты бодхисаттвы и упайя-каусалья, «искусные средства»: гибкое, милосердное приспособление Учения под нужды и возможности конкретного человека, а не единый жёсткий свод правил для всех.

Связь с Махаяна-Криставидьей

Как уже показано на странице «Криставидья», линия Махаяна-Криставидья — коренная ветвь буддийской школы Бодхисаттва-яна (Махаяна), а миссия Будды Иссы понимается именно в логике бодхисаттвы-спасителя: он не уходит в личное освобождение, а сострадательно принимает на себя труд открытия Пути для тех, кто пребывает в неведении (авидье).

Присутствие Иссы на соборе, где Махаяна получила официальное оформление, закрепляет эту связь на уровне исторического события, а не только философской преемственности.

Этим же объясняется и характерное для Криставидьи прочтение обетов — не как отречения ради себя, а как деятельного, милосердного служения (каруны) в миру, о котором говорилось на странице «Ординация и Обеты». Именно в Махаяне, а не в более раннем буддизме, впервые прозвучал тот принцип — «Пусть я буду мостом, кому нужен мост», как сформулировал позже философ Шантидева, — который лёг в основу всей линии.

Рекомендуем посетить страницы:

Бодхисаттва

Бодхичитта

Обеты Бодхисаттвы

Будда Исса - Иисус Христос