«Восемь мирских дхарм»

Будда говорит об этих восьми состояниях как о неизбежных: они присутствуют в жизни каждого человека — практикующего Дхарму и не практикующего в равной мере. Задача не в том, чтобы полностью избежать этих состояний (это невозможно), а в том, чтобы перестать слепо цепляться за приятную половину каждой пары и отталкивать неприятную — именно эта реакция цепляния и отторжения, а не сами события, порождает страдание (дуккху).

Буддизм учит, что обычный человек (непробужденный) проводит всю жизнь в попытках «поймать» четыре позитивных ветра и «увернуться» от четырех негативных. Однако, поскольку все эти явления непостоянны (аничча), такая стратегия неизбежно ведет к разочарованию и ментальной нестабильности. Колебания между надеждой получить желаемое и страхом потерять его держат ум в постоянном напряжении.

Практика осознанности и понимание природы вещей помогают развить невозмутимость (упеккха). Мудрый человек осознает, что эти ветра дуют на всех без исключения, но учится оставаться неподвижным, не вовлекаясь в эмоциональные качели привязанности и отвращения.

То же самое учение о равностности перед похвалой и порицанием, приобретением и потерей прозвучало и в словах Будды Иссы в Нагорной проповеди: не собирать себе сокровищ, которые истребляются молью и ржой (лабха/алабха), и радоваться, когда злословят и гонят несправедливо (нинда/пасамса) — учение, полностью созвучное Локавипатти-сутте, хотя дано на языке, понятном западному слушателю. Это лишь ещё одно свидетельство того, что Будда Исса передавал ту же самую Видью, что и Будда Шакьямуни, — просто в иной культурной оболочке, как и объясняется на странице «Криставидья».

Научная параллель

Буддийская традиция говорит языком ума и кармы; современная нейробиология описывает то же самое явление языком мозга — и здесь видно поразительное схождение. Социальная оценка (яса/аяса, нинда/пасамса) обрабатывается миндалевидным телом — древней структурой мозга, отвечающей за распознавание угрозы. Исследования показывают, что критика и социальное отвержение активируют у миндалины и связанных с ней зон реакцию, во многом схожую с реакцией на физическую опасность: учащается пульс, выбрасывается кортизол, сужается фокус внимания — мозг в буквальном смысле не всегда отличает «меня раскритиковали» от «мне угрожают». А похвала и признание, напротив, запускают систему вознаграждения — выброс дофамина в прилежащем ядре, — к которому, как и к любому вознаграждению, быстро формируется привыкание и зависимость: чем больше похвалы получено, тем больше нужно для того же ощущения удовлетворения.

Проще говоря — так, чтобы это было понятно и ребёнку: наш мозг реагирует на обидное слово почти так же, как на удар, а на комплимент — почти так же, как на конфету. Поэтому нам так трудно оставаться спокойными, когда нас ругают или хвалят — тело буквально включает сигнал тревоги или сигнал «хочу ещё». Именно этот механизм 2500 лет назад Будда Шакьямуни назвал «мирскими ветрами», не имея, разумеется, ни слова «миндалина», ни слова «дофамин» — но безошибочно опознав саму структуру реакции. Медитация равностности, описанная выше, с точки зрения нейробиологии — это тренировка префронтальной коры, отвечающей за осознанный контроль, регулировать реактивность миндалины: та же техника, что используется сегодня в клинических протоколах снижения тревожности на основе осознанности (MBSR). Традиция и современная наука здесь снова смотрят на одно и то же с разных сторон.